Визит первого вице-премьера Дмитрия Медведева в РСПП

Источник: www.rspp.ru, 14.04.06

Первый вице-премьер Дмитрий Медведев приезжал 14 апреля в здание РСПП обсудить вопросы «практического взаимодействия власти и бизнеса» по национальным проектам для «повышения качества и доступности» образовательных услуг. Главными темами на встрече были — образовательные стандарты, подготовка высококвалифицированных рабочих и создание эндаументов — инвестиционных фондов, доходы которых могут быть направлены, в том числе, на образовательные нужды. Об участии бизнеса в финансировании образования высказались на этой встрече президент РСПП  А. Шохин, С. Вайншток («Транснефть»), В. Алекперов («Лукойл»), А. Мордашов («Северсталь-групп»), Леонид Михельсон («Новатэк»), которые предложили государству подумать над налоговыми льготами для тех, кто инвестирует в образование. Было и новшество — рейтингование вузов, о котором рассказал представитель «Деловой России» Николай Брусникин (текст см. ниже). Приводим стенограмму этой встречи.

Дмитрий МЕДВЕДЕВ, первый вице-премьер правительства РФ:
На сегодняшней встрече хотелось бы обсудить практические аспекты взаимодействия власти и бизнеса при реализации национальных проектов. Начало такого рода диалогу послужил разговор с Президентом, который состоялся недавно в рамках работы по национальному проекту.

Уже обсуждались вопросы кредитования в сельском хозяйстве, вопросы строительства жилья, а сегодня мы могли бы остановиться более подробно на перспективах делового партнерства в развитии образования. Очевидно, что базовые условия для такого партнерства уже есть, есть понимание того, что повышение качества и доступности образовательных цехов является нашей естественной приоритетной национальной задачей, решение которой должно обеспечить конкурентоспособность страны в XXI веке.

Вы знаете, что бюджетное финансирование отрасли выросло, только в рамках нацпроекта было в этом году выделено 25 млрд. рублей, соответственно, финансирование будет продолжено и дальше. Очевидно и то, что бизнес активно участвует в создании собственных образовательных программ, создаются частные образовательные учебные центры, оказывается масштабная поддержка профессиональной школе. Все это позитивно влияет на расширение сектора образовательных услуг. Корпоративный опыт работы востребован и государственной системой, в частности, представители предпринимательского сообщества принимают участие в деятельности совета по реализации национальных проектов в деятельности рабочих групп, которые образованы по каждому национальному приоритету. Очевидно и то, что подходы государства и бизнеса к проблеме образования в последнее время существенно сблизились. Общим пунктом является то, что система образования должна гарантировать высокий уровень трудового потенциала в стране. Здесь нас объединяет ясное понимание того, что односторонними действиями только с одной стороны — государственной — и со стороны предпринимательского сообщества — результатов не добиться. Результат может возникнуть только при суммировании наших с вами действий и усилий. Предлагаю сегодня остановиться на нескольких вопросах. Первый вопрос — формирование профессиональных стандартов, в первую очередь, по современным видам экономической деятельности. Фактически такие стандарты отражают спрос рынка труда на уровень содержания услуг, и сегодня этот спрос должен работать на соответствующие образовательные программы. Знание рыночного спроса необходимо не только предпринимателям, оно необходимо и учащимся, и студентам. При этом очевидно, что рынок труда не всегда подает адекватные сигналы о том, какие квалификационные требования существуют, какие профессии будут востребованы, и этим тоже нужно заниматься.

Между тем, такие способы внутрикорпоративного развития, как аттестация персонала, продвижение сотрудников по карьерной лестнице — должны последовательно стимулировать получение современных знаний и вложение собственного труда. В органах государственной власти также формируется система квалификационных требований, которая должна простимулировать госслужащих для повышения своей компетентности. Это задача очень сложная и не менее сложная, чем формирование соответствующих требований внутри коммерческого сектора. Создана ее правовая основа, хотя реформа государственной службы в этой сфере — задача, может, еще более сложная, чем реформа образования.

Однако, и по этому направлению нам необходимо синхронно двигаться, потому что существует объективный переток кадров между двумя этими заслонами, между предпринимательской сферой и государственным управлением. Стандарты и квалификационные требования можно учитывать уже сегодня при подведении итогов конкурсов в рамках национального проекта. В текущем году значительную финансовую поддержку получат 30 вузов, 6 тысяч школ и около 20 тысяч педагогов. Согласитесь, что, в конечном счете, лучшими среди них являются именно те, кто наиболее эффективно готовит кадры, востребованные на рынке труда. Другая, не менее важная тема — корпоративные системы профессионально-технического образования. По многим видам производства ситуация просто критическая и опаздывать с подготовкой нельзя, поскольку нехватка по настоящему квалифицированных рабочих сегодня ощущается везде. В этой сфере у нас реальные проблемы.

Прежняя система подготовки квалифицированных рабочих оказалась разрушена, а новая практически не создана. Конечно, этим надо заниматься и в рамках обычной деятельности тех задач, которые вы решаете на своих производствах и естественно на государственном уровне, в том числе, в рамках национального проекта. Хотелось бы более предметно обсудить вопросы, связанные с экономикой образования. Нам сегодня нужно искать новые организационно-правовые формы соответствующей активности в образовательной деятельности, нужно корректировать структур учебной сети, менять типологию, менять профиль работы учреждений. Отдельно скажу о том, о чем говорилось недавно на встрече с Президентом на одной из последних конференций, а именно, о создании специальных фондов поддержки социальных инициатив — так называемых финансовых эндаументов. Идея эта интересная, она адаптирована к разным социальным процессам во многих государствах. Нам нужно найти конструкцию для российского эндаумента, конструкцию, которая позволит эффективно использовать преимущества этого ресурсного капитала, и которая в то же время впишется в существующие налоговую и правовую системы нашего государства. Она может быть эффективно использована при организации бизнес-школ в рамках тех учреждений, которые были созданы при реализации национальных приоритетов. Главное — найти приемлемую правовую конструкцию, которая будет хорошо накладываться на существующую правовую систему. На бизнес-школах остановлюсь отдельно. Значимость вашего участия в их организации, формировании их учебных планов трудно переоценить. Государство и бизнес здесь одинаково заинтересованы в том, чтобы сделать эти школы современными центрами подготовки национальной элиты, управленцев, менеджеров — всех, кто занимается этими процессами. Тем самым задать эталонные критерии к этим профессиям, критерии, на которые, в конечном счете, будут ориентироваться и другие образовательные учреждения. Рассчитываю также узнать ваше мнение о перспективах при полном участии бизнеса в работе вузов в целом и тех общеобразовательных школ, училищ или сказать точно, какой подход способен серьезно расширить использование рыночных механизмов в образовательном бизнесе.

Александр ШОХИН, президент РСПП:
Хотелось бы поблагодарить вас за готовность и желание обсудить с бизнес-сообществом национальный проект образования. Бизнес-объединения уже на встрече с Президентом 29 мая продемонстрировали не только свою готовность обсуждать эту тему, но поступил целый ряд предложений по возможным формам участия бизнес-сообществ в развитии и формировании системы образования в рамках национального проекта. Поступил целый ряд дополнительных идей и соображений, которые буквально в последние дни получили развитие.

Сегодняшнюю встречу мы рассматриваем, как возможность конкретизации тех вопросов, которые звучали на встрече с Президентом, на заседании Государственного совета, на Совете при Президенте по национальным проектам. Хотелось бы, чтобы результатом этой встречи были договоренности и по темпам работы, и по подготовке соответствующих решений. Я хотел бы коротко сказать о системе профессиональных образовательных стандартов, которые являются наиболее приоритетными.

Действительно, это та сфера ответственности бизнеса в развитии профессионального образования, которая рассматривается со всей очевидностью. Ясно, что ни государство, ни образовательные университеты эту задачу без бизнеса решить не могут. Мы считаем, что профессиональные стандарты должны быть первичными при формировании образовательных программ. В отсутствие профессиональных стандартов единственным критерием для формирования образовательных стандартов являются соображения самого преподавательского сообщества, самих учебных заведений, что в ряде случаев имеет право на существование, когда программы чисто академические и нацелены на фундаментальную науку. Но в большей части образовательных учреждений профессиональные стандарты должны быть основой для формирования образовательных стандартов.

В рамках РСПП мы ведем работу по формированию национальной системы стандартов и профессиональной квалификации. Уже сейчас идет согласование с целым рядом ведомств по технологиям и организационно-правовой форме — структуры, которую мы условно называем Национальным агентством профессиональной тарификации. Это агентство, которое должно быть удалено от власти. Мы хотели бы в ближайшее время реализовать, как пилотные, те проекты, которые в наибольшей степени заинтересованы в формировании системы профстандартов и трансформации их в образовательные стандарты. Это, например, атомная энергетика, авиастроение. Затем мы на основе этих пилотных проектов будем работать вместе с отраслевыми работодателями, с корпорациями, по созданию развернутой системы формирования профессиональных квалификаций, которые будут включать подтверждение квалификации, спецификации и т. д.

Нам хотелось, чтобы, во-первых, эта работа была востребована и та форма, в которую мы ее продвигаем, должна быть подтверждена правительством. Это та форма, с которой правительство согласно работать. Для нас важно, чтобы те госстандарты, которые будут разрабатываться по правительственной методике, были использованы при выстраивании образовательных стандартов. От этой системы естественным является независимое рейтингование учебных заведений. Здесь в оценку уже заложены инновационные вузы.

Главным в этом рейтинговании должно стать соответствие образовательным программам, образовательным стандартам по системе профессионально-квалификационных требований. Очень важным является экономика образования. В последнее время мы стали забывать об изначальном элементе образовательной реформы, без которого система госстандартов, рейтингования и т. д., провисает. Это система нормативно-подушевого финансирования, когда деньги идут вслед за обучающимся. Мы готовы, как бизнес-сообщество, реанимировать эту идею в публичном обсуждении. Для нас очень важно, чтобы состоявшиеся элементы реформы как единый государственный экзамен, как система формирования образовательных стандартов на базе профессиональных стандартов, система независимого рейтингования и т. д. — доходили до системы, а методология подушевого нормативного финансирования возобладала бы потому, что это — естественный элемент реформирования образования.

Безусловно, существенным для корпораций является система начального и среднего профессионального образования. Здесь у нас есть удачные примеры корпоративного начального и среднего профессионального образования. Есть целый ряд неурегулированных нормативных правовых вопросов — от формы соучредительства и до технологической неготовности передачи учреждений начального и среднего профессионального образования. Мы наблюдаем в последний год, после того как ПТУ и техникумы ушли в муниципальные и региональные образовательные структуры, что они рассасываются. Прежде всего, рассасываются ПТУ, то есть, начальное профессиональное образование. Они вывешивают новые вывески — колледжи и т. д., которые более привлекательные. Подготовка рабочих профессий становится уже абсолютно не престижной. А для компании это как раз то, что мешает нормально развиваться. Я хотел бы, чтобы мои коллеги по РСПП высказались, потому что это — та болевая точка, о которой Президент говорил еще год назад.

Дмитрий МЕДВЕДЕВ: С образовательными учреждениями начального и среднего специального профессионального образования я попросил бы выступить Семена Михайлович Вайнштока.

Семен ВАЙНШТОК, Председатель правления, член совета директоров, президент ОАО «АК „Транснефть”»:
С моей точки зрения, рейтинг максимально упростит эти процессы, но надо, чтобы рейтинг вузов определялся двумя простейшими величинами. Это — количество выпускников вузов, поступивших на службу в ведущие компании на рынке в России и ограничиться на первом этапе государственным рейтингом, который не был бы сфокусирован на прошлых вещах. Тогда только будет понятно и четкое рейтингование вузов.

Что касается обсуждения насущных вопросов нашей действительности, от которых зависит очень многое в развитии промышленности и экономики в целом, это вопрос о профессиональном образовании. Сегодня все присутствующие прекрасно понимают, что государственная система подготовки кадров в России находится в неудовлетворительном состоянии. В течение предшествующих полутора десятков лет этому вопросу на достаточном уровне не уделялось внимания, как и большинству предприятий, которые жили за счет накопленного ресурса, не пополняя его за счет притока молодых специалистов. Не исключением были и мы до конца 1990-х гг.

Такая позиция и государства, и предприятий, привела к огромному дефициту квалифицированных рабочих на рынке труда. Кроме естественного старения рабочего персонала происходит вымывание квалифицированных рабочих в менее квалифицированные отрасли. В нашей системе — в системе «Транснефти» — мы готовим большое количество высококвалифицированных сварщиков, практически элиту сварочного дела. Квалифицированных сварщиков в России остались считанные единицы, их очень мало. Хуже всего, что люди, которые получают высокую квалификацию в наших училищах, уходя. Они умеют делать грандиозные вещи, но уходят в сферу услуг. Они делают кладбищенские ограды, зарабатывая на этом огромные деньги.

Промышленность же нуждается в архисрочном пополнении именно квалифицированными рабочими. Если государство без нашего участия попытается решить этот сложнейший и важнейший вопрос — то решить его не сможет. Здесь очень важно не опоздать, так как мы достаточно близко подошли к той точке, где может наступить такое состояние, когда мы будем вынуждены закрывать предприятия из-за отсутствия квалифицированного рабочего персонала. Это настолько очевидно, что уже признается и Минобрнауки.

В этой связи хочу поделиться опытом программы подготовки рабочих в системе «Транснефть». Сегодня мы с уверенностью можем сказать, что мы — самая старшая компания и сами себя обеспечиваем рабочими кадрами. На это ушло более пяти лет планомерной работы в этом направлении, сотни миллионов рублей вложений в собственную систему подготовки кадров и государственное профессиональное образование.

Мы связались с Информационным центром по германским программам содействия для молодых исследователей, который возглавляется бывшим послом Германии в России, этот центр помог нам методологически построить дуальную систему профессионально-технического образования. Несколько слов об этой системе.

Процесс обучения проходит не в школе, а на производственном предприятии. Обучаемый — ученик на производстве. При этом ему выделяется время для посещения профессиональной школы в соотношении — 60% времени на предприятии и 40% в школе. Примерно 2/3 учебного времени в профессиональной школе уходит на изучение специальных предметов и около 1/3 — на изучение общеобразовательных предметов. Специалист, прошедший профессиональную подготовку на предприятии, может сразу же приступить к квалифицированной трудовой деятельности. Предприятие имеет право заниматься профессиональной подготовкой лишь в том случае, если на нем имеются подготовленные в теоретическом и в педагогическом плане мастера производственного обучения и оно технически оснащено в достаточной мере, чтобы привить навыки и дать знания ученику в соответствии с квалификационными требованиями. Предприятия получают лицензию на право проведения профессионального обучения. Большинство мастеров данного обучения совмещают профессиональную подготовку учеников со своей основной работой. Часто мы обучаем одновременно несколько человек. После завершения профессиональной подготовки ни предприятия не обязаны брать лучшего ученика на работу, ни бывший ученик не обязан оставаться на предприятии, на котором он проходил обучение. Расходы на профессиональное обучение на предприятии несет само предприятие или иное учреждение занимающееся профессиональной подготовкой. Что делается в этой части в «Транснефти»? В качестве главного звена в системе подготовки компания пользуется собственным учебным центром. Это Тюмень, Ухта и Самара, которые предназначены для переподготовки и повышения квалификации рабочих. При нашей численности около 70 тысяч человек, мы в год переподготавливаем порядка 30 тысяч. Первичная переподготовка осуществляется в основном государственными учреждениями профтехобразования, которое финансирует вся компания. Томское государственное училище, училище в Тюменской области — в настоящее время в этих училищах мы готовим около 100 тысячи человек в год.

Мы сегодня не ждем какого-то кризиса, но понимаем, что вообще этот кризис наступит, и мы его видим, как системный, уже года через четыре. Ведь с советского времени профессионально подготовленные специалисты уходят на пенсию, вымирают, а мы ничего не предлагаем взамен.

Что делаем мы? Обучение в наших училищах проводится по единым программам с учетом громадного опыта накопленного за десятилетия подготовки, переподготовки и повышения квалификации в центрах, все учащиеся проживают в комфортных общежитиях, получают достойную стипендию. Все они гарантированы работой в нашей компании. В связи с постоянно растущей потребностью предполагается увеличение количества профессионально подготавливаемых квалифицированных рабочих, как за счет расширения указанных ПТУ, так и организации новых. Мы сейчас ведем такую работу в Чувашской республике, и там будем открывать наши ПТУ, идем работать в Хабаровск. Твердо убежден, что если мы сегодня не предпримем кардинальных мер в части реального поворота в эту сторону бизнеса, то мы можем опоздать, мы уже опаздываем.

Дмитрий МЕДВЕДЕВ: Если коротко, бизнес должен вкладывать деньги? Что еще требуется?

Семен ВАЙНШТОК: Сначала — труд, а потом и средний бизнес должен взять на себя лицензирование самому на право дуальной системы, иметь собственные кадры — так называемых мастеров производственного обучения — и работать. Я сначала удивился, почему в Германии такая ситуация, когда рабочий не обязан оставаться на этом предприятии. Предприятие, потратившее деньги на его подготовку, не имеет реальных прав на то, чтобы он остался. Но, если взять в масштабе государства, страны миграцию рабочих кадров, — это совершенно оправданно. Я не вижу большой проблемы, если специалистов подготовят в ТНК или Лукойле, а они потом перейдут в Транснефть или наоборот.

Вагит АЛЕКПЕРОВ, президент ОАО «Лукойл»: Мы наблюдаем коммерциализацию высшей школы и резкое ухудшение преподавания в высшей школе. Это не может не влиять на общий уровень подготовки специалистов. Считаю также, что каждое высшее заведение не должно быть безразмерным по количеству учащихся. Тогда мы сразу получим лучший уровень подготовки наших специалистов. Второй вопрос — качество тех материалов, учебников, по которым занимаются в вузах. К сожалению, сегодня учебник, которым пользуются студенты, каждый учебник — имеет все специализированные термины одновременно. Это не дело, когда каждый вуз готовит свой учебник. Каждый лоббирует именно свой учебник, а этой работой должно заниматься министерство и профинансировать эту работу, но для всех высших учебных заведений она должны быть анонимной. Сегодня работа по выстраиванию интеллектуальной компании начинается с того, что со второго курса, как правило, студенты проходят практику. Мы пытаемся, чтобы студенты работали на наших предприятиях. Конечно, мы пытаемся, в том числе, и устраивать их на совместных предприятиях.

Второе новшество, которое мы ввели внутри Лукойла — это выездные приемные экзамены в городах Крайнего Севера. Не каждый родитель сегодня имеет деньги отправить своего ребенка поступать в удаленное высшее учебное заведение, где он должен пробыть месяц, сдавая экзамены. Поэтому мы ввели такую методику, как выездные приемные комиссии для приема студентов в вузы. Сегодня контакт с высшей школой дает надежду на то, что именно высшая школа даст экономике дополнительные возможности. И наша сегодняшняя работа говорит о том, что определенная материальная база для этого есть.

Алексей МОРДАШОВ, генеральный директор Северсталь-групп:
С моей точки зрения, в каждой из образовательных структур в последние дни ничего не повышается. Мы прекрасно понимаем, что недостаточно полагаться только на общее вузовское образование. Например, мы создали Корпоративный университет — это относительно небольшая организация, которая имеет чуть меньше 300 сотрудников. Ее задачами является проведение самообучения на базе высшего образования.

Кроме того, очень важны курсы по организации обучения. У нас, например, есть соглашение с рядом университетов Англии. В Университетах ведется целый ряд исследований и разработок, проводятся социологические исследования, консалтинг. Мы готовы также перейти к целевым заказам для вузов. Дело в том, что мы сталкиваемся с той ситуацией, о которой говорил В. Алекперов — когда количество студентов в вузах разрастается довольно быстро. С одной стороны, это хорошо, с другой стороны, отсутствует целевой характер подготовки. Может, имеет смысл, чтобы в формировании госзаказов могли бы принимать участие и бизнес, и часть бизнес-сообщества. Сегодня неравность бюджетов в университетах, вузах является недостаточно прозрачной. Всех устроило бы, если бы она была прозрачной для общественности и для бизнеса. Самое главное, с точки зрения нашего понимания, сколько собственных денег в той или иной степени идет на ту или иную программу. Чтобы мы могли вести диалог с университетом. Но нельзя полагаться только на собственный университет, нам кажется важным и формирование национальных бизнес-школ. Несколько слов по профтехобразованию. У нас есть свое собственное учебное заведение в Череповце. Раньше оно существовало на базе сложившейся советской системы, и училище было уже совсем заброшено. Мы их унаследовали и поддержали. Было бы здорово, если бы государство также выделяло какие-то льготы по поддержке этой профсистемы, вкладывало определенные средства. Может, это бы помогло в целом в восстановлении профобразования. Учебные центры для рабочих нацелены именно на подготовку той специальности, которую они получают. Мы готовы разработать специальные программы по адаптации профессиональной подготовки, если государство будет также помогать кредитами.

Дмитрий МЕДВЕДЕВ:
Действительно, у нас часть рабочих специальностей просто оказалась вымытой. Те, которые у вас в балансе ПТУ (колледжах, как их называют), там худо-бедно поддерживается набор рабочих специальностей, которые вам нужны. Но этим не исчерпывается весь спектр того, что потребно рынку. Других и смысла готовить нет. А где готовить пограничные специальности, которые не имеют прямого отношения к основному производству — сталелитейному, нефтяному, которые занимаются обслуживанием общих вопросов? Это — серьезная проблема. Перейдем к более высоким сферам, давайте поговорим о пресловутом эндаументе. Предлагаю начать этот вопрос тем, кому они и предназначаются. Ярослав Иванович, Вам нужны эти эндаументы или это вредное буржуазное изобретение?

Ярослав КУЗЬМИНОВ, ректор ГУ «Высшая школа экономики»:
Я считаю, что это полезное введение. Более того, мы полагаем, что в форме эндаумента решается вопрос, который часто поднимается бизнес-сообществом в дискуссиях с нами: «Я тебе дам деньги, а как ты проконтролируешь?». Есть разные форматы контроля. Либо ректором выбрать, что является не очень удачным рабочим форматом академического сообщества, кто-то хочет преобразоваться в мелкую форму, которой еще нет.

Я думаю, что бизнес может и должен участвовать в финансировании учебных заведений. Ему просто дана идея контролирующей фирмы, использующей целевой характер. Не надо нам изобретать велосипед, который довольно хорошо работает. Эндаумент — это имущество, приносящее доход обязательно под контролем попечительского совета для определенного целевого назначения. При этом эндаумент не подлежит отчуждению, что обеспечивает стабильность предсказуемости срочных внебюджетных средств.

Мы считаем примерные размеры для ведущих вузов, чтобы они играли такую же роль, как они играют в английских или японских вузах. Это примерно $1 млрд. на вуз. Таких средств в ближайшие два-три года нет (если не использовать специфическим образом как предлагали, Стабфонд) — это 30-40% финансирования. Мы, наверное, в ближайшее время таких средств не соберем без участия государства. Мне кажется, что пока государство примеривается Стабфонд не тратить, то имеет смысл усилиями бизнеса и, может, комбинируя усилия бизнеса и бюджета, создать эндаумент меньшего размера, который финансировал бы сейчас то, что называется центром передовых исследований. По последним исследованиям у нас только 16% преподавателей вузов ведет научную работу. В порядке сопоставления могу сказать, что в 1985 году 15% преподавателей техникумов вело научную работу.

В этих условиях нам нужно не просто поддерживать и поднимать зарплату (как мы часто говорим) всем преподавателям. Мы поднимем зарплату таким разовым повышением тем, кто и не соответствует званию преподавателя университета, потому что никто наукой не занимается и никакими инновациями не занимается. А создать внутри университета механизм поощрения тех, кто ведет научную работу, можно и нужно. Если мы можем сделать такие микроэндаументы, соразмерные с меньшим приливом долларов — $5 млн., зато преподавание на выходе в год будет $500 тыс. Этого вполне достаточно для финансирования такого центра, из которого финансируются академические гранты, академические надбавки за научные результаты. Я думаю, что это было бы самым разумным началом эндаумента. Хотел бы сказать по поводу системы НПО (начальной профподготовки), система которых стремительно умирает. Я могу привести цифры. Идет массовое размывание. По Питеру их количество сократилось за год на 9,14%, в Карелии — на 5,7%. За один год сократился прием в эти учреждения и их количество. Почему это произошло? Потому, что мы пытаемся через одну структуру решить три задачи — дать профессиональное образование, уберечь от улицы, как часто нам говорят — удержать бедных, дать полное среднее образование. Человек выбрал быстрое получение квалификации, которое ему позволит зарабатывать. Нельзя слесаря учить четыре года, он не будет этого делать. Его надо учить полгода, максимум год, очень квалифицированный будет человек. Мне кажется, такие решения насчет того, что мы переходим к полному среднему образованию, я бы горячо поддержал только то, что это надо делать в школе. Полное среднее образование нужно давать именно в школе. Если мы будем по-прежнему девятый класс направлять в ПТО и давать им полные сведения об образовании, ничего хорошего у нас не получится.

Почему идет активный переток в сторону коммерческого сектора, на фирмы, которые берут это на себя? Потому что они не обременены обязательствами государства. У нас хорошо работала система в 1960-1970-е гг. Тогда в ФЗУ получали квалификацию, была вечерняя школа. А сегодня у нас масса школ простаивает. Пусть лучше они выучат тех, кто хочет учиться. Нам надо преобразовывать систему начального профессионального образования в такие крупные колледжи, какие я видел в Китае. 11 тысяч человек, разные программы — короткие программы по полгода или году. И люди затем прекрасно везде работают.

Леонид МИХЕЛЬСОН, председатель Правления ОАО «НОВАТЭК»:
Ярослав Иванович правильно сейчас сказал, что более подготовленные студенты, которые от жизни чего-то хотят, вынуждены сегодня ехать за границу и получать высшую ступень образования. В основном это происходит в Англии, в Лондоне. Наверное, очень актуально сейчас создание собственной школы управления.

На сегодняшний день учредители, в число которых входит 14 компаний и физических лиц, создали некоммерческое партнерство — Московскую школу управления. Мы планируем в этом году провести строительные работы. Параметры школы — планируемый выпуск — порядка 200 студентов в год категории MBA, а также проведение корпоративных программ до 2 тыс. обучающих в год. Стоимость образования там будет велика, здесь надо включаться именно в компанию, которая заинтересована в подготовке таких кадров, но также мы планируем, что доля грантов и стипендий на обучение как минимум будут составлять 30%. Подготовительная работа идет хорошо, мы планируем в 2009-2010 году запуск этой школы.

Подводя итоги встречи, Д. Медведев предложил передать профтехобразование и колледжи в ведение бизнеса и регионов, вузы финансировать из государственных, коммерческих и личных средств, а также согласился подумать над предоставлением льгот для предприятий, которые тратятся на развитие образования.

Затем последовали короткие комментарии П. Авена и С. Вайнштока.

Петр АВЕН:
Мы не говорили сегодня о конкретных действия, мы связали тематику преобразований в стране, и говорили о широком круге вопросов. Были обозначены наиболее важные, и по мнению правительства, и по мнению бизнеса, темы — это стандарты образования, экономика образования, общая ситуация в образования в условиях просто физического уменьшения количества людей, которые сегодня получают образование. Было отмечено несколько основных, базисных тем.

Семен ВАЙНШТОК:
С моей точки зрения, сейчас наметились реальные пути и реальная работа по улучшению качества подготовки инженерных кадров. Мы сегодня обсудили не только общие планы улучшения образования в стране, но и в частности, рассмотрели ту практику, которая уже сегодня есть, тот опыт, который накоплен в образовании, и тот недостаточный уровень подготовки наших инженерных кадров, который вызывает большую озабоченность у бизнеса. Например, я могу сказать, что в наше ПТУ Транснефти очень тяжело попасть. У нас очень высокий конкурс, 16-19 человек на место, и что самое странное, с нашей точки зрения, что 21% из поступающих в ПТУ — это люди с высшим образованием. Это говорит о том, что сегодня наша высшая школа выпускает массу специалистов, которые не востребованы рынком труда, и в этом вопросе необходимо сделать все, чтобы те люди, которые уже получили это образование, оно должно быть высококачественным, и человек должен быть обязательно востребован на рынке.